Вы здесь

Размышления об этике и морали


1.Конфликт родовой морали с классовой в формирующемся древне-греческом рабовладельческом обществе и его отражение в этико-философских теориях античных мыслителей. Возникновение материализма и идеализма – двух противостоящих друг другу направлений, определивших многовековую идейную борьбу в философии и этике.
Этика будучи по преимуществу учением о добродетелях, о добродетельной, совершенной, личности, содержала в значительном виде едва ли не все типы теоретических объяснений и нормативных решений, которые получили развернутое обоснование в последующей истории этической мысли. Одновременно с этим она отождествила мораль с разумностью поведения и на многие столетия, на весь период развития задала этике просветительский тон.
Первые попытки философского обобщения моральных процессов, являются прямым продолжением этических размышлений в рамках героического и дидактического эпосов (Гомер и Гесиод), практической мудрости (Семь мудрецов). Уже в памятниках раннегреческой литературы более или менее адекватно и каждый раз в соответствии с жанровой спецификой рассматривается соотношение индивидуальной воли и всеобщего блага, необузданных, горячих страстей и умеряющего, трезвого разума, интересов и целей одного индивида с интересами и целями других, а также довольно определенно обозначается та нормативная модель поведения – подчинение индивидуального всеобщему, страстей разуму, живых личностей абстрактным нормам, того, что есть, тому что должно быть, - которая получает систематическое обоснование в складывающейся философской этике или, выражаясь по другому, для обоснования которой в значительной степени складывается философская этика.
Анализ ранних литературных памятников европейской культуры – поэм Гомера (ХII-VII вв. до н. э.), Гесиода (конец VIII начало VII в. до н. э.), изречений Семи греческих мудрецов (VII - VI вв. до н. э.), которые отразили разрушение родового строя и становление классовой цивилизации в Греции, свидетельствует, что именно реальные коллизии социально-нравственного развития, в частности противоречия между благом целого ( племени, народа, сословия, полиса) и благом отдельных личностей, явились предметом первых этических размышлений. Последовательное рассмотрение названных источников показывает: этическое мышление складывается и усугубляется по мере того, как формируются абстрактные моральные нормы, возрастает конфликт между ними и реальным поведением людей.
Обратимся к поэмам Гомера. В них наблюдается два ряда фактов, которые с точки зрения современного нравственного сознания представляют явный парадокс. С одной стороны герои Гомера выражают коллективистское начало, они принадлежат своему народу и борьба за благо народа является реальным смыслом их жизнедеятельности; они нравственны, ибо готовы стоять насмерть в этой борьбе. Отечество, слава воина, благо семьи составляют живую основу их поведения. Ахилл, идя на бой с Гектором, знает, что вслед за ним погибнет сам, но это не останавливает его.
С другой стороны мы не находим общеобязательных и безусловных норм поведения. Строго морального кодекса, отчужденных от реальных индивидов заповедей, неуклонное соблюдение которых считалось бы критерием моральности. Даже любовь к родине, эта действительная основа поведения героев Гомера, крайне редко выставляется в качестве сознательного мотива. В современном понимании герои Гомера не обладают моральным образом мыслей.
Итак своеобразие моральной ситуации, описанной Гомером, состоит в том, что есть живые моральные индивиды – эпитечские герои, но нет моральной идеологии. Герои моральны в силу реальных общественных связей, без опосредствующей роли этической рефлексии, моральных норм и добродетелей, без какого бы то ни было страха и духовного принуждения. Их поведение представляет как свободное развертывание физических сил и соответственно сложившихся человеческих обязанностей, настроений, симпатий и антипатий. Объяснение этого феномена состоят в том, что индивид не противостоит коллективу, племени.
В доклассовом обществе, последнюю стадию которого изображает Гомер, превалирует единство интересов кровнородственного коллектива, а примат общего над личным реализуется в сознательно волевых действиях развитых индивидуальностей, прежде всего представителей родовой знати. Это непосредственное единство личности и коллектива можно хорошо проследить на примере отношения гомеровских героев к богам. Согласно мифологии, люди и боги жили когда-то общей жизнью, вместе. У Гомера этого уже нет. Боги обитают на Олимпе и крайне редко появляются перед людьми, а Зевс им не показывается вообще. Тем не менее боги все еще появляются на земле. Герои сохраняют с богами живую связь и происходят от них (прямо или через ряд поколений). И по существу своему они схожи с богами. Типичными эпитетами для характеристики Агамемнова, Ахилла, Одиссея и других героев являются слова "божественный". "благородный", "вскормленный Зевсом" и т.д. Божество есть выражение общего коллективного начала, и в то же время каждый герой божественен, т.е. это общее еще не отчуждено, не противопоставлено отдельным личностям.
Единство богов и героев, коллективного и индивидуального, пожалуй, наиболее наглядно раскрывается в двойной обусловленности человеческих поступков – совпадении конкретной мотивации и непосредственных указаний богов. С одной стороны, боги являются виновниками почти всех человеческих поступков, с другой – эти же поступки совершенно естественно вытекают из конкретных человеческих ситуаций, природных страстей и общественных связей индивидов.
Переплетение общего с единоличным, индивидуализированность коллективных целей и коллективная сущность индивидуальной воли как раз и составляют своеобразие моральных отношений гомеровских героев. Здесь мораль еще вписана в язык практической жизни, совпадает с естественными свойствами и конкретными общественными интересами индивидов.
В поэмах Гомера вообще моральная терминология находится в зачаточном состоянии. Специально исследовавший этот вопрос Мартин Гофман пришел к выводу: общие моральные понятия, в том числе термины, обозначающие положительные и отрицательные моральные качества личности, у Гомера немногочисленны; эти понятия как бы в тени, на втором плане, уступая по своей значимости при оценке человека таким характеристикам, как физическая красота, сила, ум, красноречие, благородство происхождения, а также благосклонность судьбы, дарующей счастье и славу. Явная скудность моральной терминологии свидетельствует об отсутствии, морали как особой формы идеологии, но разумеется, не об отсутствии морали вообще. Мораль просто ограничена самой практической жизни древних греков.
Творчество Гомера стоит на стыке двух исторических эпох. Оно отражает закат первобытной формации и зарождение цивилизации.
По мнению ряда исследователей, Гесиода отделяют от Гомера несколько десятилетий, не более ста лет. Однако различия между ними в интересующем нас плане являются поистине эпохальными. В дидактической поэме Гесиода "Труды и дни" нет и следа героической морали. Она носит последовательно назидательный, морализаторский характер, в ней отражена новая социально-нравственная ситуация. Гесиод принадлежит уже эпохе классовой цивилизации. Справедливость и труд у Гесиода имеют уже нормативный смысл и определяют рамки должного поведения. Как отмечал исследователь древнегреческой этики. Э Шварц, герои эпоса ничем не связаны, кроме самих себя; они не знают правил и законов. У Гесиода же, напротив, одна мораль является подлинным героем "Трудов и дней". Справедливость и труд предстают в качестве самостоятельных ценностей.
Следует, однако, заметить, что Гесиод выражает точку зрения общественников. Сам беотийский крестьянин, он говорит от имени мелких землевладельцев, чье существование зависит от трудолюбия бережливости, а также наличия твердой законной власти. Все это способствует сохранению и умножению собственности, что является, согласно Гесиоду, главной задачей в жизни. Ей должно быть подчинено все: женитьба, число детей, общение с соседями, выбор рабов и слуг, а также товарищей – все должно вести к укреплению собственности. Посягательство на собственность, ее отторжение путем насилия и обмана являются тягчайшим преступлением. Вот почему гнев поэта направлен прежде всего против крупных собственников, которые путем разрушительных войн, разбоев и обмана стремятся увеличить свое богатство.
Творчество Гесиода отражает новую ступень в развитии морали и само способствует ее оформлению как совокупности общественных норм. Гесиод критически относится к современной ему социальной действительности. Согласно его представлениям, развитию общества свойствен регресс. От высшей ступени к низшей оно последовательно проходит пять эпох. В далеком прошлом люди были сделаны из золота, они не знали ни житейских забот, ни тем более нравственной порчи. На смену им пришло поколение из серебря, которое было намного хуже. Третьим было поколение медное. Четвертым – поколение божественных героев. Затем наступил век железных людей.
Причиной деградации общества, по мнению поэта, было моральное поведение людей, последовавшее за " недостойным" поступком Прометея, укравшего огонь у богов. В качестве средства преодоления существующих отношений. Гесиод выставляет свой моральный идеал труда и справедливости. Когда священные связи порваны и все обращается в руины. Остается только одно: не уподобляться ястребу, нападающему на соловья, и слушаться голоса справедливости, навсегда забыть насилие и прежде всего работать, чтобы освободить безрассудное сердце от зависти на чужое добро. Так нравственность начинает приобретать самостоятельный статус. Гесиод фиксирует чаяния определенных социальных слоев (мелких собственников), одновременно абсолютизируя их. Он идеализирует собственнические отношения, делая моральный императив труда и справедливости всеобщим требованием.
Гесиод является, видимо, первым моралистом в истории европейской культуры. Он придает морали первостепенное значение; уже у него встречается формулировка (правда, несовершенная) гуманистического правила, получившего в последствии название золотого: “Зло на себя замышляет, кто зло на другого замыслил”. В то же время у Гесиода начинает выкристаллизовываться типичная для эксплуататорской идеологии тенденция конфликтам, а протест против социальной системы подменять назиданием. Мораль, следование идеалу труда и справедливости, должна стать решающим средством возрождения гармоничных социальных отношений золотого века.
Весь последующий период развития рабовладельческого общества в Древней Греции характеризуется в V-IV веках до нашей эры ожесточенной классовой борьбой между реакционной рабовладельческой аристократией и прогрессивной группой рабовладельцев - демократией. Это нашло свое выражение в борьбе двух направлений - материализма и идеализма.
Возникновение материализма исторически связано с развитием рабовладельческой демократии, которая выступала против старой родовой аристократии, проповедовавшей мифы, ставшие в дальнейшем одним из источников идеализма. Материализм был с самого начала мировоззрением передовых социальных групп господствующего класса рабовладельческого общества, тех групп, которые были связаны с ремесленным производством, внутренней и внешней торговлей, наукой. Материализм развивался в борьбе против идеализма, служившего мировоззрением рабовладельческой аристократии, связанной с крупным землевладением.

2. Особенности нравственной позиции Демокрита. Этика старших софистов. Рационализм и критический характер этики Аристотеля. Нравственные идеалы в философской системе Эпикура, эпикурейцев и стоиков (греческого периода развития этих школ).
Величайшим представителем материализма является Демокрит (460-360). Его родиной является крупный торговый центр Греции - город Абдеры. Демокрит был представителем греческой демократии. Его идеалом является умеренность во всем. "Прекрасна, - учил он, - надлежащая мера во всем. Излишек и недостаток мне не нравятся".
Демокрит выступил идеологом "нового класса богатых промышленников и купцов". Само собою разумеется, что Демокрит отстаивает основы рабовладельческого общества. Рабы, по его мнению, необходимость всякого государственного строя. "Пользуйся слугами, - писал он, - как членами (своего) тела, (употребляя) одного (из них) для одного дела, другого - для другого". Демокрит - сторонник демократического способа правления в рабовладельческом обществе. Он утверждал, что "бедность в демократии настолько же предпочтительнее так называемого благополучия (граждан) при царях, насколько свобода лучше рабства".
Прямую противоположность взглядам Демокрита составляет философия идеалиста Платона. Последний был ярым сторонником аристократического режима в рабовладельческом обществе. Рассказывают, что Платон задался целью сжечь все сочинения Демокрита. В лице Демокрита и Платона мы, следовательно, встречаемся с двумя идеологами враждебных групп рабовладельческого класса. Борьба между материализмом и идеализмом отражала собой классовую борьбу между реакционными рабовладельцами и прогрессивной группой рабовладельцев, связанных с промышленностью и торговлей.
Демокрит наряду с Гераклитом, несомненно, является вершиной философской и научной мысли Древней Греции. Все положения стихийного материализма ионийской школы получили во взглядах Демокрита наиболее яркую формулировку. Он подвел итоги развития раннего материализма. Но Демокрит в отличие от Гераклита развивает механистический материализм. Демокрит развивает впервые в истории Древней Греции атомистическую теорию материи. Согласно его взглядам, реально существуют только атомы и пустота. Он пишет: "Начало вселенной - атомы и пустота, все остальное существует лишь во мнении". Атомы заполняют лишь часть пустого пространства. Они в своей совокупности образуют все тела природы. Между атомами существует связь. Она имеет чисто внешний, механический характер и выражается в механической форме движения. Демокрит развивает точку зрения эволюции мира: мир возникает из сцепления атомов и затем распадается, с тем чтобы вновь возникнуть. Земля знает также свою историю. Она проходит ряд этапов; она знает свое возникновение и свою гибель. Движение мира и смена его стадий совершается закономерно, по необходимости.
Для Демокрита не только природа состоит из атомов, но для него и душа также материальна; она также составлена из мельчайших атомов сферической формы. "Атомы, имеющие сферическую форму, составляют огонь и душу". "Атомы эти имеют сходство с теми пылинками, которые видны в полосе света, выходящей через окно". В учении о познании Демокрит развивает взгляд, согласно которому наши чувственные восприятия не являются истинным познанием. Только с помощью разума - заявляет он - мы познаем вещи и их основу - атомы. Разум доставляет нам объективную истину.
Таким образом, Демокрит различает два рода знания - чувственное и рациональное. Чувственное познание есть "темное познание", не вскрывающее нам сущности вещей; познание же с помощью разума - это истинное познание, вскрывающее нам суть вещей. К темному познанию Демокрит относил: зрение, слух, запах, вкус, осязание. Он ошибочно отрывал мышление от чувственного познания, противопоставляя их друг другу. Отсюда Демокрит приходил к выводу о том, что в познании человек имеет дело с двумя родами качеств: первичные качества, которые реально существуют в вещах, например форма, величина, и вторичные качества, которые зависят всецело от наших чувств и не являются присущими вещам: они мнимы. Это учение о первичных и вторичных качествах означает агностицизм - сомнение в существовании качественного разнообразия вещей, а также сомнение в возможности познания нашими чувствами отдельных качественных сторон вещей. В этом заключается один из существенных недостатков механистического материализма Демокрита.
В классическую эпоху (IV в. до н.э.) в большинстве греческих городов-государств (полисов) утвердилось демократическое правление. Все граждане принимают участие в общественной жизни, поэтому появляются учителя-софисты (Протагор, Горгий и др.), за плату преподающие основы риторики и философии. В области этики софистов интересовала проблема происхождения моральных ценностей: даны они от природы и, следовательно, объективны и неизменны или представляют собой субъективно-изменчивые законы, возникшие по человеческому установлению. В последнем случае каждый индивид может иметь собственную мораль и даже предлагать ее в качестве общезначимой, если только он сумеет убедить в своей правоте других людей. Софисты предпочитают вторую трактовку — в духе этического релятивизма.
Роль софистов в истории этики можно понять только на фоне их вклада в философскую мысль и культуру вообще. Они впервые решительно сместили направление теоретико-познавательного интереса с природа на человека. В противоположность предшествовавшим философам, искавшим тайну человеческого бытия в природе, космосе. Протагор(490 –ок. 420 до н. э.) провозгласил свое знаменитое положение: "Человек есть мера всех вещей, существующих, что они существуют, и несуществующих,что они не существуют". Речь идет не о простом расширении предмета философского исследования. Софисты принципиально иначе подошли и к пониманию человека. Он для них больше, чем одно из проявлений (пусть даже высших) универсума, он ее центр, творческое начало. Софисты, таким образом, перевернули традиционно сложившийся способ философствования: от космоса к человеку, от всеобщего к особенному, от объективного к субъективному.
Протагор своим положением в сущности утверждает примат человека над космосом, особенно над всеобщим, субъективного над объективным. Первичным оказывается ценностное, а не познавательное отношение к миру: природа ("вещи") не содержат в себе меры человека, т. е. Не может дать направления его жизни; для того чтобы выработать норму своего бытия, человеку нет надобности знать устройство космоса, более того, само познание зависит от человека, и в этом смысле он, человек, задает меру вещам. Словом, человеческое бытие – это особая самостоятельная реальность, которая не только не сводится к частному случаю некоего вещного мира, но, напротив, является ключом к пониманию последнего. Человек не просто реализует какие-то существующие вне его законы, а сам задает законы объективной действительности. Протагоровский тезис: является ключевым для всех тех представителей западноевропейской культуры. Которые рассматривают человека как центр и властелин природы, Софисты обосновывают право человека смотреть на окружающий мир сквозь призму своих – человеческих – целей и интересов.
За софистами в современной философской литературе закрепилось имя античных просветителей. Это верно. Софисты впервые подчеркнули формирующее значение образования, воспитания, культуры в жизни человека. Более того в духовной, культурно-исторической деятельности они увидели специфическое назначение человека. Этика наряду с диалектикой спора, ее логико-языковыми основами была главным предметом теории софистов. Неудивительно поэтому, что мировоззренческие установки софистов в значительной степени явились обобщением их этических исследований, посвященных главным образом двум проблемам: возможности воспитания добродетелей, а также соотношению законов природы и установленной культуры.
В творчестве Аристотеля (384-322 гг. до н.э.) античная этика достигла своего высшего развития Он окончательно завершил оформление этики как научной дисциплины в сочинениях «Никомахова этика», «Эвдемова этика» и «Большая этика». Этот мыслитель свел в единую энциклопедическую систему все существовавшие в его время научные знания и тем самым заложил основу развития европейского рационализма вплоть до начала Нового времени. Основная категория эвдемонистической этики Аристотеля — добродетель противоположностью которой является понятие порочности. «Счастье есть деятельность души сообразно добродетели», — такой вывод делает античный мыслитель. Он подразделяет добродетель на два вида: этическую — волевую (щедрость, мужество и др.) и диа-ноэпгическую — интеллектуальную (мудрость, благоразумие). Суть морали состоит в рационалистическом стремлении к «середине», которое отличает добродетель от порока: мужество — середина между трусостью и безрассудной отвагой, щедрость — между скупостью и расточительностью, скромность (величавость) — между развязностью и застенчивостью. Целью этики Аристотель считал не знания, а поступки, ибо она имеет дело не с благом вообще, а с осуществимым благом. Тем самым Аристотель отделяет этику как практическую философию от философии теоретической. Исходным пунктом этики Аристотель объявляет не принципы, а опыт общественной жизни. Интересно, что, как и Платон, Аристотель связывает добродетель с гражданскими качествами личности, исходя из утверждения, что «человек — животное общественное».
Эпикур (341-270 гг. до н.э.), опиравшийся на наследие киренаиков и Демокрита, рассматривал этику как "лекарство для души", помогающее избавиться от страданий и обрести внутреннее равновесие,.
Эпикур предложил программу умеренного гедонизма, отдающего духовным наслаждениям первенство перед телесными. Его нравственный идеал — атараксия — выражается лозунгом: «Стремиться к удовольствиям и избегать страданий, руководствуясь разумом». Иными словами, отсутствие душевных тревог и телесных страданий, составляющее цель этики Эпикура, достигается через правильное понимание удовольствий и разумное просвещение, освобождающее от страхов (особенно страха смерти).
Следовательно, единственный путь к счастью — через знания и мудрость, обеспечиваемую философией.
Говоря о чувственных удовольствиях, Эпикур не признает ценности удовольствий процесса, т.е., например, поглощения пищи, а признает только ценность состояния, наступающего в результате удовлетворения чувства голода.
Удовольствия разделяются им на три класса:
1) естественные и необходимые, т.е. то, что связано с удовлетворением элементарных физиологических потребностей;
2) естественные, но не необходимые, например, удовольствия от изысканных яств;
3) неестественные и не необходимые, например, удовольствия от удовлетворения честолюбивых замыслов.
Решение относительно предпочтений в этих удовольствиях принимает разум. Основной добродетелью у Эпикура является благоразумие. «От благоразумия произошли все остальные добродетели, оно учит, что нельзя жить приятно, не живя разумно, нравственно и справедливо и, наоборот, нельзя жить разумно, нравственно и справедливо, не живя приятно». В отношении чувственных удовольствий благоразумие показывает, что приемлемой является только первая группа, т. е. удовольствия естественные и необходимые.
В представлениях об обществе Эпикур придерживался договорной теории. Он считал, что законы необходимы, так как дают каждому гарантии его независимости, служат средством предотвращения вреда, который один человек мог бы нанести другому при отсутствии общих правил поведения, общего понятия о справедливости. «Справедливость сама по себе не есть нечто, но в сношениях людей друг с другом в каких бы то ни было местах всегда она есть некоторый договор о том, чтобы не вредить и не терпеть вреда»'. В то же время законы не произвольны. Они определяются всеми условиями жизни людей и могут быть изменены при изменении этих условий. «В общем справедливость для всех одна и та же, потому что она есть нечто полезное в сношениях людей друг с другом; но в отношении индивидуальных особенностей страны и других каких бы то ни было обстоятельств справедливость оказывается не для всех одной и той же»2. Так как справедливость определяется общей пользой, законы необходимо исполнять. Если же кто-то уклоняется от справедливости, желая получить личную выгоду, он в действительности получает большее страдание, так как в течение всей жизни боится, что его поступок будет раскрыт. «Кто делает тайно что-нибудь из того, что люди уговорились между собой не делать, с целью не вредить и не терпеть вреда, тому нельзя быть уверенным, что он останется скрытым, хотя бы он десять тысяч раз оставался скрытым в данное время». Это весьма тонкое наблюдение, которое показывает, что Эпикур очень далеко продвинулся по пути понимания субъективных оснований нравственности. Отсюда уже один шаг до общего вывода о том, что человек в принципе не совершает неблаговидных нравственных поступков даже в критических обстоятельствах, например, тогда, когда предательство может спасти ему жизнь, так как способен в идеальном плане предвосхищать последующие за этим мучения совести.
"Из всего того, что мудрость доставляет себе для счастья всей жизни, самое важное есть обладание дружбой", — это не просто слова, а жизненная позиция Эпикура, воплощенная на практике. Нужно отметить, что вообще вся его жизнь есть реализация учения. Не случайно ученики и последователи Эпикура благоговейно сохраняли память о нем. В 306г. Эпикур организовал школу в Афинах. Последователи Эпикура просто пересказывали его идеи, не внеся в учение ничего принципиально нового
В дестабилизированной социальной среде человек может спастись, бегством от реального мира, находя в себе самом источник моральных ценностей, — такая жизненная философия, предложенная Эпикуром, как и его многочисленные житейские наставления, сохраняют свою популярность и по сей день. Однако, сведение морали к нравственным свойствам индивида чревато возможностью ее релятивистского истолкования, - такого следствия этических рассуждений не смогли избежать и представители другой ориентации позднеантичной "практической философии" - стоики.
Стоицизм в лице таких мыслителей, как Сенека (5—65 н.э.), Эпиктет (50 — 140 н.э.), Марк Аврелий (121-180 н.э.) находит точку опоры в чувстве собственного достоинства, твердом осознании индивидом личной добродетели и моральных ценностей, в отрешенности от внешнего мира — апатии. Путь к стоической апатии лежит через мудрость. Мудрец — воплощение добродетели. Он умеет быть выше страданий, судьбы и обстоятельств, живет во внутреннем согласии с собой и природой. Его домом и полисом является космос, он — космополит. При этом стоик должен сообразовывать свои деяния с государственным устройством, заботиться о семье и выполнять обязанности гражданина. К высшим гражданским доблестям Сенека относит мужество, проявляемое в беде, презрение к боли, самопожертвование во имя отечества, усматривая в них подлинное «величие духа». Идеалом стоицизма является спокойное состояние духа, формирующееся на основе того, что человек сознательно принимает свою судьбу, понимая, что изменить, по существу, ничего нельзя.
3. Сократ и его размышления о морали. Социальная этика Платона. Поиск древнегреческими философами-идеалистами религиозной санкции морали.
Сократ (ок. 470-399 до н. э.) – первый в истории моралист-просветитель. Софисты переориентировали философию с изучения природы на изучение человека, бытие которого они понимали все еще достаточно разносторонне. Сократ делает предметом рассмотрения именно моральное бытие человека; предметом философии уже является ценное содержание жизни – вопросы блага и добродетели, добра и зля, пользы и счастья. Вся культурно-просветительная деятельность познающего разума, по мнению Сократа, должна быть направлена на нравственное самосовершенствование личности. Сократ, таким образом, впервые в истории этики абсолютизирует мораль. Правда, это еще не чистое абстрактное морализирование противопоставляющее мораль предметно-практической деятельности, - такое морализирование возникает позже и отражает более развитые формы социальных антагонизмов. Сократ не отрывает моральность (добродетельность) личности от многообразия ее деятельности (семейной, гражданской, военной, индивидуально-телесной и т. д.), а видит в ней ведущее, смыслообразующее начало человеческого бытия. Сократ рассматривает мораль как глубочайшую основу всей человеческой культуры. Он высказывает твердое убеждение в существовании общих определений морали, постижение которых является гарантией добродетельности личности. В этом его отличие и от софистов и от Демократа. Он обозначил ту линию в этике, сторонники которой не моральные принципы. С его именем связано начало идеалистической этики, хотя конечно, у него этический идеализм еще не принял завершенной формы. Сократ остается на почве реальной жизни с ее противоречиями, подвижностью, незавершенностью. Для него социальная ответственность является неотъемлемой, существенной характеристикой индивида, не менее важной, чем его стремление к морально суверенному образу мыслей и действий. Основными источниками о жизни и учении Сократа являются сочинения его учеников – Платона (427-347 до н. э.) и Ксенофонта (ок. 430-450 гг – V в. до н. э.), в которых, однако не столько рассматривается теоретические взгляды философа сколько воссоздается в целом его образ. Главное затруднение для исследователя этического мировоззрения Сократа состоит в том, что Ксенофонт и Платон противоречат друг другу и по существу дают разную интерпретацию взглядов своего учителя. В истории философии отдавалось предпочтение то одному источнику (к примеру, Гегель считал, что большей физической достоверностью и исторической достоверностью и исторической ценностью обладают
Свидетельства Ксенофонта), то другому (Б. Рассел полагал, что только Платон понял философскую суть сократовского учения), но в общем и целом считается несомненным, что и тот и другой изображают исторического Сократа, отталкиваясь от своих впечатлений и своего понимания его мировоззрения и деятельности. Необходимо считаться с обоими источниками. Что же касается заключающихся между ними противоречий, то они вряд ли объясняются субъективными особенностями интерпретаторов.
Само это разночтение является историческим фактом, который скорее всего отражает противоречивую суть учения Сократа. Доказательством тому помимо всего прочего может служить то, что в последующем развитии этика Сократа дает толчок к возникновению ряда резко полемизировавших между собой школ, каждая из которых претендовала на аутентичное толкование взглядов учителя.
Отождествление добродетели со знанием, рассмотрение разума в качестве силы, движущей поведением человека, есть форма утверждения моральной суверенности индивида. Мораль является, согласно Сократу, продуктом размышления. Это означает, что нормы авторитет которых традиционно основывался на представлении о них как о божественных установлениях, воле предков и т. п., теперь должны были быть оправданы перед разумом. Получить обоснование в самом субъекте. "…Я не способен повиноваться ничему из всего, что во мне есть, кроме того убеждения, которое после тщательной проверки представляется мне наилучшим". Эти слова Сократа ясно показывают, что с его точки зрения, добродетельность предполагает способность руководствоваться сознательно усвоенным убеждением и противостоять ложному мнению других, кто бы они ни были и сколько бы их ни было. Не внешнего осуждения надо бояться, а иного: "…лишь бы только не вступить в разногласие и в спор с одним человеком – с собою самим. Один из основных, решающих мотивов этики Сократа, один из важнейших смыслов его ключевого положения "Добродетель есть знание" – моральная эмансипация личности. Совершенно точен Гегель, когда говорит: "… центральным пунктом всего всемирно-исторического поворота, составляющего сократовский принцип, является то, что место оракулов заняло свидетельство духа индивидуумов и что субъект взял на себя акт принятия решения". Сократ не просто фиксирует разрыв между нравами и моральным сознанием. Он решительно становится на точку зрения морального сознания и задается вопросом: почему все признают абсолютную ценность добродетели, а на деле ей не следуют? Сократ сформулировал парадоксальный тезис, согласно которому человек, сознательно творящий зло, если бы это было возможно, лучше того, кто совершает это не сознательно. Тот, кто сознательно нацелен на зло, рассуждает Сократ, по крайней мере знает, что отличается от добра, следовательно знает в чем состоит добродетель, и в принципе способен быть добродетельным. Тот же, кто непреднамеренно совершает зло, тот вообще не имеет понятия о добродетели и совершенно не способен к добродетельным действиям. Этот процесс (намеренное зло лучше ненамеренного) становится предметом логического упражнения. Намеренного зла на самом деле не может быть. Это – противоречие определения, "жаренный лед". Полагать, что человек сознательно отказывается от добра и выбирает зло, - значит допустить, что он сознательно вредит себе. Идея намеренного зла несовместима с исходным основанием Сократовской этики согласно которой благо тождественно удовольствиям, пользе. Поэтому Сократ, утверждая, что сознательное зло, или несправедливость, лучше несознательного, тут же добавляет: " Если это вообще возможно". С точки зрения Сократа только добро может быть осуществлено сознательно. Все дело в том, чтобы знать, что есть добро. Сократ убежден в существовании общих нравственных понятий. Его формулу "Добродетель есть знание" следует понимать в прямом смысле, а именно;, выходящую за рамки данного индивида природу. Все добродетели являются разновидностями знания (мужество представляет собой знание того, что бояться, чего нет, как вести себя в опасных ситуациях; справедливость есть знание того, как вести себя по отношению к законам, и т. д.). Духовная активность личности должна поэтому быть направлена исключительно на поиск адекватных этических знаний, ибо знание решает все дело. Добродетель в сущности одна –знание, и все сводиться к нему, притом в такой степени, что человек не может, например, быть одновременно справедливым и немужественным или умеренным и несправедливым. Этические поиски ориентированы поэтому на открытие основы основ всех добродетелей, понятия добра вообще. Нужно найти моральную формулу, понятие добродетели, и это сделает человека моральным, и одновременно и счастливым.
Для понимания природы индивида, полагает Сократ, важно не то, что дано естественно ( стремление к удовольствиям, пользе, счастью), а то что привносится культурой, - нравственные взгляды. Это был важный шаг в познании сущности человека. Итак добродетель есть знание.
Метод Сократа призван способствовать исправлению морального сознания, которое часто дает искаженное представление о действительных ценностных установках.
Учение Платона (427-347 гг. до н.э.) — первая попытка систематизации этических идей, осуществленная на объективно-идеалистической основе. Разделяя рационалистическую установку своего учителя, Платон также ставил перед собой задачу определения общих понятий, избирая для этого дедуктивный метод исследования. В результате он пришел к обоснованию дуализма мира: видимого мира явлений и сверхчувственного, потустороннего мира вечных идей.
Собственно этическая концепция Платона может быть разделена на две взаимосвязанные части: индивидуальную этику и политическую (или социальную) этику. Первая представляет собой учение об интеллектуальном и нравственном совершенствовании человека, связанном с гармонизацией его души.
Существует множество объяснений платонического идеализма, в данном случае обратим внимание Главные стороны человеческой души являются основой добродетелей: разумная — мудрости, волевая — мужества, аффективная — умеренности. Добродетели, носящие врожденный характер, — это ~ своеобразные ступеньки гармонизации души и восхождения к миру вечных идей. В этом восхождении — смысл человеческого бытия. Средством возвышения является пренебрежение к телесному, власть разума над страстями.
Определяемая этими идеями, социальная этика Платона предполагает закрепление добродетелей за каждым сословием (правители должны обладать мудростью, воины — мужеством, низшее сословие. — умеренностью). Благодаря жесткой политической и, соответственно, моральной иерархии в государстве должна реализоваться высшая добродетель — справедливость, свидетельствующая, по мнению Платона, о социальной гармонии. В жертву социальной гармонии приносятся интересы отдельной личности: в утопии Платона нет места индивидуальности. Совершенное государство, изображенное им, оказалось весьма непривлекательным не столько даже из-за духа интеллектуального аристократизма, сколько из-за ущербности пребывания в нем представителей любого сословия: "порядок" в обществе не приносит им счастья.
Стремление Платона к синтезу (личного и общественного блага, должного и сущего, истины и добра), попытка обоснования объективного источника морали и ее ригористического смысла оказались исключительно плодотворными для дальнейшего развития этики. Все конструктивные идеи и "гениальные догадки" Платона невозможно даже просто перечислить, но одной из них нельзя не коснуться. Нравственность индивида философ не представлял вне связи с целым, с обществом, т.е. содержание индивидуального бытия должно быть социально значимым. Эту идею Платона (во многом являющуюся ключом к пониманию существа морали), как и другие его идеи, еще предстояло осмыслить и развить, что в значительной степени удалось сделать его ученику (Аристотель).
Все эти течения пытаются решить нравственные проблемы, возникшие в период поздней античности, средствами рационализма. В отличие от них зарождающееся христианство, опираясь на религиозную веру, переносит моральные ориентиры из реальной жизни в сферу потустороннего и сверхъестественного.
Этика V-XV вв. представляет собой противоречивое явление. Основные ее положения оформились в патристике — учениях «отцов церкви» (латиноязычных: Тертуллиан, Иероним, Августин и грекоязычных: Ориген, Афанасий Великий, Иоанн Златоуст и др.). Они вели активную полемику с рационалистической традицией античности и язычеством и, отстаивая религиозный подход и христианские ценности, разрабатывали основы универсальной морали.
Основные идеи патристики выразились в известном афоризме Тертуллиана «Верую, ибо нелепо!», означавшем полный отказ от научно-рационалистического подхода античности к проблемам морали. Эти идеи первоначально развивал и Августин Блаженный (354 — 430) в работах «Исповедь» и «О граде божьем».
Постепенно патристика, так и не приняв индивидуалистической направленности позднеантичной этики, начинает более благосклонно относиться к ее аристотелевской версии и учению Платона об объективно заданном порядке вещей. Отцы церкви усматривали ошибку античных авторов в том, что, постигая этот порядок, они не понимали, что он — Божественный, что Бог не только Создатель, но и Учитель. Отсюда — задача переосмысления античных идей в свете учения Христа. Необходимо вписать этику в отношение человека к Богу и понять, что она не может претендовать на роль первой дисциплины: таковой остается теология. Один Бог есть высшее благо. И отношением к Нему (правильным, когда Он признается и почитается в качестве высшего блага, и неправильным, когда к Нему нет должного уважения) определяются нравы, добродетели и пороки души, добрые и злые дела человека.
Используемые источники:
1) Зеленкова И.Л. Основы этики: Учебное пособие- Мн.: Тетра Системс, 1998г. – 496с.
2) Золотухина-Аболина Е.В. Современная этика: Учебн. Пособие для студентов вузов 2-е изд., перераб. И доп.-Москва: ИКЦ «Март»-Ростов Н/Д: Издательский центр «Март» 2003г – 416с. (Серия «Учебный курс»)
3) Разин А.В. Этика: Учебник для вузов.- М.: Академический Проект, 2003г.-624с.
4) Этика: Учеб. Пособ./ Т.В. Мишаткина, З.В. Бражникова, Н.И. Мушинский и др.; под ред. Т.В. Мишаткиной, Д.С. Яскевич – 2-ое изд., Мн.: Новое знание, 2002г. – 509с. (Серия «Соц-гуманитарное образование»)